Сегодня все внутренние и внешние процессы , происходящие вокруг Беларуси, следует рассматривать исключительно через призму борьбы различных акторов за обретение контроля над экономическими активами нашей страны, а значит, и определенной политической власти над центральноевропейской территорией в 207 600 км², что в условиях неспокойного будущего современного мира представляет собой значимый фактор тактического характера.

Безусловно, Беларусь занимает далеко не ведущее место в стратегическом планировании мировых гигантов, а находится пока на периферии международной политики. Тем не менее, нестандартные подходы белорусского руководства к управлению государством, приведшие к формированию чужеродной для западного мира политической модели, определенный промышленный потенциал Беларуси, до настоящего момента находящийся в государственной собственности, географическое расположение страны вызывают определенный интерес к Республике со стороны игроков глобального уровня, влияние которых на экономическую и внутриполитическую ситуацию в стране становится все более ощутимым.

В этом тексте рассмотрены основные факторы влияния на Беларусь со стороны США и ЕС

США

США рассматривают Беларусь в общем контексте наряду с проектом будущего Евразийского Союза с точки зрения использования ресурсного, людского и военного потенциала данного межгосударственного образования во главе с лояльной Россией в случае начала вероятного противостояния с Китаем.

В настоящее время в Российской Федерации разворачивается военная база НАТО в г. Ульяновск, планируется размещение аналогичной базы в г. Смоленск, согласие на развертывание полноценной инфраструктуры НАТО получено от казахского руководства. Специальные службы Российской Федерации оказывают оперативную поддержку деятельности американцев в Средней Азии и особенно в районе Ферганской долины, так как именно этот регион является ключевым с точки зрения давления на «ахиллесову пяту» КНР – Синьцзян -Уйгурский автономный округ.

В этой ситуации недавние заявления экс-госсекретаря США Хилари Клинтон относительно «недопустимости ресоветизации» евразийского пространства, равно как и антиамериканскую риторику российского руководства, следует рассматривать лишь с точки зрения дезинформации вероятного противника и внутриполитических соображений по привлечению симпатий собственного электората. Очевидно, что США, блок НАТО и их союзники будут активнее вовлекать Россию, Беларусь и другие государства СНГ в собственные военные программы и этот тезис уже подтверждается наглядными примерами.

Сотрудничество ВС Республики Беларусь и Северо-атлантического Альянса осуществляется в рамках Индивидуальной программы партнерства и сотрудничества Республики Беларусь и НАТО на 2012–2013 годы, в ходе которой для белорусских военнослужащих организуются курсы различной направленности, происходит двусторонний обмен визитами, предполагается «подготовка белорусских офицеров для участия в многонациональных миротворческих операциях, проводимых под эгидой НАТО и ООН». Только в 2012 году состоялось три визита экспертных делегаций НАТО на территорию Беларуси, в 2013 году успел пройти еще один визит.

Не меньшего внимания заслуживает недавняя встреча руководителей Джеймстаунского фонда (The Jamestown Foundation ) с Президентом Беларуси Александром Лукашенко в ходе которой обсуждались вопросы участия белорусской стороны в проекте снабжения группировки войск НАТО в Афганистане по т.н. «Северной распределительной сети». Высокий уровень, на котором в Беларуси была принята делегация американской «фабрики мысли» свидетельствует о наличии у «независимых» американских политологов высоких переговорных полномочий и чрезвычайной важности обсуждаемых вопросов для руководства Беларуси.

Рассматривая перспективы военного сотрудничества с англоамериканцами, нельзя не упомянуть о тесных связях белорусского руководства с Катаром, который, наряду с Саудовской Аравией, является основным союзником США в арабском регионе. С использованием потенциала белорусских силовых структур на территории нашей страны происходит обучение военнослужащих сил специальных операций ВС Катара. Показательно, что с недавнего времени активное сотрудничество с официальной Дохой в военной и экономической сфере начала также Российская Федерация. Наиболее амбициозным будущим совместным проектом является планируемое приобретение на льготных условиях (25% скидка) суверенным фондом Катара пакета акций ВТБ-Банка на сумму 3- 3, 5 млрд. долларов.

В общем, Соединенные Штаты Америки продолжат линию по публичной политической критике современного белорусского руководства, но в то же время сотрудничество в военной сфере с официальным Минском со стороны США, НАТО и их союзников будет расширяться. Одновременно значительно будет урезано оказание финансовой помощи организациям белорусской политической оппозиции со стороны Госдепа США и подконтрольных ему структур, планируется сведение данной «помощи» к величинам крайне минимального и незначительного характера, переориентация направления финансовых потоков от поддержки политических инициатив в сторону проектов социального и культурного значения. (прим. – тенденция по уменьшению «денежного довольствия» белорусских политических партий отмечается с 2001 года).

Одновременно, США согласны считать Республику Беларусь преимущественно «зоной российских операций», но установление окончательного контроля РФ над территорией Беларуси противоречит интересам США в регионе, что позволяет официальному Минску надеяться на определенную политическую поддержку и привлечение кредитов международных финансовых институций в случае очередного кризиса отечественной экономики вследствие перманентного обострения отношений с Россией.

В тоже время белорусскому руководству необходимо понимать, что факт сотрудничества с США вовсе не обеспечивает заинтересованность американцев в сохранении нынешнего белорусского Правительства, интерес руководства США сводится к созданию определенных позиций в Беларуси, а потребовать гарантий их сохранности впоследствии американцы смогут как от Российской Федерации, так и от нового состава белорусской власти. Сам факт наличия американских интересов и присутствия США в Беларуси будет гарантией от полного поглощения нашей страны со стороны РФ, а значит отвечает долгосрочным американским интересам в регионе.

Кроме того, развитие белорусско-китайского сотрудничества, особенноКитайское присутствие в военной сфере, может принудить США к принятию более жесткой повестки в отношении современного руководства Беларуси (прим.- когда «выбивать» Китай из нашей страны будет «назначена» Россия) , что является дополнительной «головной болью» белорусской внешней политики и риском устойчивости власти.

Европейский Союз

Европейский Союз, представляющий собой пестрый конгломерат различных государств, до настоящего момента не имеет согласованной внешней политики по ряду проблемных вопросов глобального характера, не говоря уже о вопросах более периферийного уровня, к числу которых относятся отношения Беларусь – ЕС.

Основными акторами в ЕС являются Германия и Франция, в тоже время, ряд европейских государств в значительной степени зависим от позиции США и в проведении внешней политики в большей мере ориентируется на рекомендации Вашингтона, чем на мнение партнеров по ЕС. При отсутствии интереса Парижа к региону Центральной и Восточной Европы, на первый план в формировании «белорусской политики» ЕС выходят позиции немецкой дипломатии, которая , учитывая тесные экономические и политические связи Германии и России, совместные коммерческие проекты элит, зачастую руководствуется интересами российских ТНК в белорусском направлении.

В то же время, основным публичным организатором антибелорусских акций в ЕС являются определенные политические круги Польши, за спиной которых белорусские власти во-многом ошибочно усматривают американскую линию, учитывая тесные связи руководителя польского МИД Радека Сикорского с Госдепом США, однако почему то без внимания остаются «особые отношения» Польши и Германии периода каденции правительства Туска, равно как и сближение по ряду позиций руководства Польши и России. Кроме того, у поляков есть ряд собственных, обусловленных историческими факторами, интересов на территории Беларуси, зачастую не отвечающих запросам ни Брюсселя, ни Вашингтона, ни Берлина.

Определенное влияние на внутрибелорусские процессы, а также на формирование белорусского направления в политике ЕС пытается оказывать Королевство Швеция. Подобный факт вовсе не связан с «реинкарнацией шведских имперских амбиций в регионе», как полагают ряд официальных белорусских аналитиков и идеологов, а объясняется особенностями шведской социально-политической государственной модели.

Достижение определенных успехов в развитии экономики и создании значительного уровня благосостояния и социальной защищенности населения, шведы отнесли на счет собственной специфической модели демократии, сформированной на основе ряда леволиберальных установок, включающих половую свободу, развитие гендерных программ, ювенальную юстицию и т.д. Данная модель, ввиду достигнутых успехов, объявлена «оптимальной» и пригодной к экспорту посредством «мягкой силы» в лице различных «независимых» фондов в иные регионы, в первую очередь –постсоветского пространства.

Кроме того, «интерес» Швеции к Беларуси объясняется также причинами банальной экономической конкуренции: по ряду отраслей (автомобилестроение, мебельное производство, производство холодильников и стиральных машин и др.) Швеция и Беларусь имеют аналогичные производства, а белорусская промышленность, при всех критических замечаниях, все же занимает определенные позиции на рынках России и ряда иных регионов и государств.

При констатации наличия определенных интересов государств-участников, очевидным фактом является отсутствие собственных артикулированных принципов центральной европейской внешней политики в Беларуси с позиций официального Брюсселя. Ситуативная реализация дипломатами ЕС американских, российских внешнеполитических установок, либо задач собственных государств-членов в отношении нашей страны, приводит к постоянным «метаниям» политического руководства ЕС от политики санкций в отношении Беларуси к концепции диалога с официальным Минском.

Также, несмотря на сомнения белорусской стороны, действительно реальным фактором двусторонних отношений является явная несовместимость белорусских внутриполитических реалий принятым в ЕС стандартам управления и структуре ценностей, что в значительной мере облегчает внешним акторам деятельность по дестабилизации отношений. Однако, взаимовыгодное торгово-экономическое сотрудничество (второе место в структуре белорусского товарооборота) , а также стремление ряда европейских политиков и дипломатов, в том числе из карьерных соображений, к «экспорту демократии» в «последнюю диктатуру Европы» оставляют белорусскому руководству определенную лазейку для геополитического маневрирования в отношениях с ЕС, чем и объясняется постоянная реанимация «процесса диалога» по линии Минск- Брюссель.

В то же время, очевидно, что, при отсутствии долгосрочных стратегических интересов ЕС в Беларуси, развитие политических отношений с данным наднациональным образованием не стоит переоценивать с точки зрения формирования устойчивых гарантий суверенного развития нашей страны: сохранение взаимовыгодных отношений с Российской Федерацией является в значительной степени более важным для политических элит ЕС, чем «диалог» с Беларусью.

Вероятно,  белорусскому государству необходимо избавляться от проявлений лимитрофной политики и лавирования между “сильными мира сего”, а выработать четкие принципы взаимоотношений, основанные на долгосрочном планировании, предлагать глобальным акторам собственные проекты, особенно в сфере логистики, развития транзитной инфраструктуры, международной безопасности. Активная вовлеченность Беларуси в проекты глобального уровня, высокая геополитическая роль страны призваны стать гарантией политической устойчивости и экономического развития нашего государства, способны, наряду с определенными политическими реформами, изменить повестку глобальных акторов в отношении Республики Беларусь.

Продолжение следует…..