арабы веснаВ статье пойдёт речь не о политическом устройстве, или структуре функционирования Исламского государства, как образования контролирующего территории и группы населения (об этом вы можете прочитать в нашем материале), а об ИГ, как о новом типе религиозного государства.

Сразу стоит оговориться, что в западном понимании ИГ не является государством в полной мере, или террористической организацией с жёсткой системой подчинения и доведения приказов.
Отдельные специалисты сравнивают Исламское государство с Османской империей, точнее с попыткой построения халифата нового типа. Который бы объединил в первую очередь арабское население, а затем направил экспансию на другие мусульманские страны.

Выделяют несколько направлений политического ислама, как идеи построения государства отличной от западных моделей, кроме монархий стран Персидского залива:

1.Арабский национализм

Это течение рассматривают, как результат борьбы арабских народов с британско-французким господством на Ближнем Востоке после распада упомянутой Османской империи. Революционная борьба стала эффектом распространяемых идей связанных со стремлением к “справедливости”, в ключе классовой борьбы. “Националисты” не могли не опираться на религиозные чувства народов.
Их последователи из таких течений как БААС, в современном понимании, также были верными носителями исламских традиций, не являются, в том числе исключением и последователи идей Муаммара Каддафи.

2.Исламские революционеры

Кроме собственно Ирана, необходимо рассматривать идею исламской революции, как противостояние любым моделям государства не основанным на исламе. Начавшись, как борьба с прозападным монархом, революция эволюционировала в государственный строй, где главенствующую роль играют религиозные деятели. Специалисты отмечают, что несмотря на теорию “красного шиизма”, на которой базируется идея исламской революции, или ливанского движения Хесболла, доктрина не указывает на экспансию.
В том числе, как бы это странно не звучало, в самом Иране весьма толерантно относятся к национальным и религиозным меньшинствам.

3.Фундаментализм Исламского государства

Весьма сложно оценивать основы идеологии этого течения. Т.к. все западные источники однобоко оценивают постулаты уже международного движения.

Судить об идеях основателей и последователей ИГ можно в основном основываясь на их действиях. Просматривается чёткая стратегия по привлечению радикальных слоёв среди сунитов – шокирующие видео, популяризация терроризма, героизация погибших. Хотя, сложно давать оценки, насколько вовлечено среднее звено сторонников в противостояние внутри ислама, конкуренцию между разными течениями.
Террор в отношении шиитов в Ираке и других направлений может происходить вовсе не из-за религиозных убеждений, а исходя из тактики ведения вооружённой борьбы.

К примеру, война с курдами не препятствует руководству ИГ договариваться с политическими лидерами и торговать с компаниями из иракского Курдистана.

Любопытно, как поведут себя основатели ИГ и западные политики, в случае если исламисты выдержат военную операцию и смогут продолжить структурирование государства, привлекая не только боевиков, но и экономистов, например. Насколько готовы элиты к легитимизации нового политического устройства на Ближнем Востоке.
Сложно представить, что ИГ исчезнет с телеэкранов и станет лишь историей, как Талибан.
Даже если исламисты в регионе будут разгромлены, их последователи смогут сохранить структуры и осваивать новые методы информационного противостояния.

Поэтому, исходить стоит из того, что война против исламистов будет вестись до момента полного освобождения территорий ими захваченными. Но идея, которая, по всей видимости, эволюционировала из идеологий прежних формаций, будет и дальше развиваться и принимать новые формы.

Не зря идейную наполненность, так как идеология ИГ не оформлена, сравнивают с коммунистической по потенциалу к изменению и развитию, хотя и нового образаца, основанную на исламе.

Можно предположить, что идея может перерасти в новое течение в “неоисламе”, основанное на стремлении построения справедливого государства, расширяющего свои границы за счёт постоянной духовной и военной экспансии – обоснование современных “некрестовых походов”.